Слова, которым 20 миллионов лет

Первобытные люди

Языковеды считают, что все слова нашей речи стали возникать сравнительно недавно. Психолингвист А. А. Леонтьев в своей книге «Происхождение и первоначальное развитие языка» пришел к выводу, что лишь на пороге неандертальской ступени антропогенеза мы находим у первобытного человека зачаток мысли и зачаток языка. А известный американский филолог Франклин Фолсоп в своей «Книге о языке», утверждает, что хотя у первых людей мозг был достаточно большой, чтобы думать, говорить они не умели. И хотя рот, язык, горло были вполне приспособлены, чтобы производить множество разных звуков, слов они все- таки не произносили…

По последним данным антропологии возраст человечества не менее 3 миллионов лет, а неандертальская стадия антропогенеза началась всего 150 тысяч лет назад. Но верно ли, что свыше 2 миллионов 800 тысяч лет наши предки обходились без языка?

Ведь за это время число клеток коры человеческого мозга увеличилось в 15 раз, а вес мозга утроился. Есть, как мне кажется, основание думать, что путь человека к слову начался миллионы лет назад, рискну даже назвать гипотетическую цифру в 20 миллионов лет.

Ближайшие родственники людей — гориллы, шимпанзе, орангутанги — теперь сидят тихо, молчаливыми, покорными пленниками в тесных клетках наших зоопарков. Однако на воле, в привычных им природных условиях, они ведут себя во многом иначе. И ныне ученые стремятся исследовать особенности их поведения в обстановке обычного обитания. При этом часто обнаруживаются новые и важные, ранее не известные, интимные детали и факты обезьяньей жизнедеятельности.

Особое внимание уделяется гориллам. Подвид горных горилл, который обнаружили лишь в 1901 году, занимает весьма скромную территорию. Обитают эти обезьяны в густых и влажных лесах и зарослях бамбука в сердце гористой Экваториальной Африки. Они самые крупные из человекообразных. Их рост достигает порою 200 сантиметров, вес самцов доходит до 300 килограммов. И живут они семьями по пяти и более особей, где властвует могучий серебристоспинный вожак. Они ведут наземный образ жизни, ходят на четырех лапах, изредка влезают на деревья, а порой шагают, как люди. По своему строению мозг гориллы стоит ближе к человеческому, чем мозг любой обезьяны, и они, как доказала Ф. Паттерсон, пожалуй, «умней», чем шимпанзе.

В своей весьма любопытной популярной книге «Последние тайны старой Африки» Лоуренс Грин писал: «По ночам гориллы издают жуткие вопли и стоны. Особым звуком они предупреждают друг друга об опасности, у них есть сигнал сбора и отправления в путь и другие примитивные голосовые сигналы». Что же еще таили эти сигналы?

Собирая материалы для защиты своей докторской диссертации в Кембриджском университете, зоолог Диан Фосси провела среди горилл 300 часов. Эти животные, по ее словам, кроткие и застенчивые, настолько привыкли к ней, что однажды, как бы на прощанье, один из диких гигантов потрогал ее ладонь своей огромной волосатой лапой. Она пишет: «Из популярной литературы известно, что «словарь» горилл состоит в основном из рева, криков и ворчанья. Мне же удалось узнать, что вариантов звуков куда больше, и оказалось, что звуки «naoom, naoom, naoom» всегда были ассоциативно связаны с едой. И потом я много раз слышала их от диких горилл. Этот звук не разносится далеко, и, очевидно, его принимали ошибочно за урчание в желудках. На самом деле это четко выраженный коммуникативный сигнал, которым они обмениваются при полном довольстве».

Далее бесстрашная Диан Фосси рассказывает, как она сама научилась издавать подобное звукосочетание, и животные — они в это время питались — сразу же откликнулись подобными звуками. Вот так впервые в истории состоялся «разговор», обмен мнениями между гориллами и человеком о продовольствии и просто довольстве.

Это сложное английское звукосочетание «naoom-naoom» возможно изобразить буквами нашего алфавита различно: нейум-нейум; нэум-нэум; нээм-нээ; нэам-нэам; нэ-умм- нэ-умм; ням-ням и т. п. (А ведь изучение языка горилл можно сравнить даже с изучением английского языка для взрослых, то есть в целом механизмы изучения любого нового языка всегда похожи).

Антропологи предполагают, что наш общий с обезьянами предок жил в начале миоцена, то есть 20 миллионов лет назад. Приблизительно столько же существуют, причем без особых изменений, и род горилл и род шимпанзе. И, пожалуй, стоит упомянуть, что сроки появления на земле человекообразных обезьян, а затем и человека в наши дни беспрерывно уточняются и все больше удревняются.

Чарльз Дарвин считал, что Африка — прародина человечества. Археологические находки последних десятилетий подтвердили его догадку и доказали, что первые существа, ступившие на путь очеловечивания, появились на этом материке минимум 3 миллиона лет назад.

Сопоставляя корни слов из сотен словарей разных языков, я пришел к выводу, что повсеместно в речи сохранились слова, корни которых, может быть, уходят в прошлое еще больше, чем на 3 миллиона лет. Оказалось, что на всех материках и сегодня живы слова — возможные следы, потомки, реликты тех звукосочетаний, что обнаружила Диан Фосси у диких горных горилл Африки.

Заглянем для начала в колыбель рода человеческого… На юге Африки на языке народа сото «нама» — мясо, «намуне» — апельсин. На языках народов зулу, луганда, суахили «нияма» — мясо. На языках банту «няма» — мясо, животное, дичь. На языке хауса «нама» не только мясо, но и мякоть плодов, а «ниям-ниям» здесь означает «людоед»…

Классическими европеоидами были древние греки. На их языке слово «нама» означало поедать, питаться, «номо» — корм, питание, пища; «нама» — влага, вода. Теперь на юге Европы по-новогречески «ному» — пастбище, выгон, а также корм, фураж, а по-турецки «нимет» — средство пропитания, хлеб. На севере Европы у датчан лакомый кусок называется «намнам»; у шведов «нам-нам» — сладости, а по-фински «наму» — конфетка, карамелька. На языке хинди «ним» — плодовое растение, «нимет» — вкусная пища, деликатес, у афганцев (пушту) «нимат» — хорошая еда, снедь, у непальцев «намак» — еда, пища, соль. И у нас, по словарю В. Даля, «нямкать» — есть, жевать, а «нямня» — свежий, мягкий хлеб. Он же поясняет, что взрослые порой говорят детям: «Ням-ням хочешь?», «Нямоньки дать?..» (маленькое отступление, базой для всей этой сравнительной лингвистики было хорошее знание английского языка, который можно отлично подтянуть в школе английского языка My English World, но вернемся к нашей статье).

В речи японцев слово «наманамасий» означает свежий, сырой, зеленый; «намеси» — рис с редькой; «номией» — вкусный; «ному»— глотать, пить, есть. И по-древнекитайски «ниама», «няма» — вязкая каша из риса или из проса. На диалекте корейского языка «нэмсе» — овощи. У вьетнамцев «нем» — отведать, пробовать; «нам» — мясо, «ном» — винегрет, у кхмеров «наем» — блюдо из свинины с приправой из листьев съедобных растений; у индонезийцев «намнам» — плодовое дерево. В морозной Сибири у якутов «маме- ми» — поедать, у эвенков «немнам» — глотать, «нимин» — еда, похлебка; «нямат» — традиционное блюдо из рубленого медвежьего мяса, проваренного в жире.

Сравнительно недавно, 30—40 тысяч лет назад, люди заселили Австралию и острова Тихого океана, где теперь обитают австралоиды. У коренных туземцев Австралии «нямня» — грудь матери, «нэмнин» — приготовлять пищу. На Филиппинах на тагальском языке «нам-нам» — приятный вкус, есть с удовольствием, смаковать. Дальше, на юго-востоке Океании, на островах Фиджи, где живут меланезийцы, «немунему» — жевать и глотать.

На Новой Гвинее на языке жителей «берега Маклая» бонгу слово «нама» (нгама) означает братство по совместному питанию.

В Южной Америке на языке индейцев тупи-гуарани «нама» — листья, ветви; «намби» — ягоды винограда. У арауканцев, на языке мапуче «нимениме» и «ньиуменьиуме» — растения.

Кроме того, известно, что «иньям» (по-испански «ньяме») — название многих растений со съедобными клубнями в Америке, Африке и Азии.

Разумеется, это глобальное сходство имеющих отношение к пище слов у народов разных языковых семей и различных материков с обозначением еды у горных африканских горилл можно объяснить чистой случайностью. Однако, как говорят итальянцы, «случайность, которая повторяется, не есть случайность…»

Без сомнения, примеров такого сходства можно отыскать еще больше. К сожалению, лингвисты порой не хотят включать в свои ученые лексиконы «деревенские», грубые и неблагозвучные слова типа «ням-ням», о которых упоминал Даль.Можно подумать, что это слова теперь уже не живые, и с недавних времен Даля, то есть приблизительно за период в 100 лет, в нашем языке эта «редкая птица» окончательно вымерла. Но «ням-мям» обладает свойством самовозрождения. В чем же причина его вечной молодости?

Чарльз Дарвин, наблюдая за жизнью одного из своих детей, записал: «В возрасте одного года он сделал такие большие успехи, что смог изобрести слово «мам», что на его языке означало еду; но что привело его к этому, мне осталось неизвестным. Впоследствии, вместо того чтобы плакать при чувстве голода, он употреблял это новое слово в повелительном тоне или как глагол, желая этим сказать: «Дайте мне есть!».

И мои двое малышей при виде еды когда-то лепетали: «ням-ням» или иногда «мам-мам». Кстати, звуки «м» и «н» очень схожи.

В книге «Формирование речи у детей раннего возраста» авторы указывают, что ребенок говорит «ням-ням» при желании есть и пить. В своей книге «От двух до пяти» Корней Чуковский также засвидетельствовал, что «ням-ням» — это еда, и предположил, что каждое такое «ням-ням» является по существу прарифмой. В этом-то и заключается причина его живучести! Оно — подобно сказочной птице Феникс — возрождается из звукоподражания?

P. S. О чем еще говорят ученые: о том, что слова являются сердцевиной, строительным материалом любого языка, и например начиная изучать тот же английский язык, мы сперва учим основные слова, постоянно увеличивая свой словарный запас. О том, как правильно увеличить словарный запас английского, а также освоить премудрости английской грамматики и наконец преодолеть языковый барьер вам детально расскажут на интенсивном курсе английского в Харькове, переходите по ссылке.

Автор: В. Головин.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *