Физика и музыка. Электрические голоса.

орган

Иному простодушному человеку кажется: ну что тут хитрого выдумывать электрические голоса: есть генераторы, есть реостаты, приспособления настройки — так группируй их по-разному, пробуй всевозможные варианты — и дело с концом. В действительности же, как видите, все обстоит куда запутаннее. Ведь, строго говоря, тембр — не только спектральный состав. Есть еще такие важные его элементы, как начало и конец звука. Лишите звучание рояля начального звонкого удара — и вы не узнаете его.

Один немецкий профессор проделал любопытный опыт. Он давал слушать музыкантам «обезглавленные», лишенные начала звучания разных обычных музыкальных инструментов. И опытнейшие музыканты постыдно путались, стараясь отгадать, какой именно инструмент они слышат. Отсюда еще одна задача — красота «атаки» (так называют начало звука).

Музыкальный звук нежелательно включать щелчком — так, как мы включаем квартирный звонок. Это некрасиво. В одних случаях атака должна быть «мягкой» (сравнительно долгой, как у баяна), в других — наоборот, «жесткой» (быстрой — как у рояля). Следующая задача — развитие и окончание звука. Об этом тоже приходиться заботиться (в том же рояле за ударом следует характерное изменение и громкости и спектра звука). И еще: маленький неконтролируемый шумок, который всегда сопровождает звучание обычных инструментов — шелест пальцев по клавишам, почти незаметное шуршание смычка и т. д. Вы думаете это грязь? Нет. Неконтролируемый шумок придает звукам теплоту и жизненность. «Чистота» же электрических голосов воспринимается как нечто абстрактное, холодное. Разумеется, электрический голос можно слегка «загрязнить».

Можно, но не так-то просто. Сколько проблем! И совсем не мелких, как иногда кажется на первый взгляд. Не сразу Москва строилась. Не сразу рождается красота электрических голосов. Это — вполне закономерно. И едва ли стоит, подражая чересчур строгим и ревностным знатокам, предавать остракизму инструменты с теми или иными недостатками.

Вот, к примеру, самый распространенный американский электроорган Хаммонда. В нем и щелчки при включении и выключении звуков, и тембры складываются из тонов темперированного, а не натурального ряда. Но звучание его остро и ярко. Один американский критик заметил в шутку, что орган Хаммонда способен имитировать «даже землетрясение в Сан-Франциско». Сейчас этот инструмент неплохо звучит в джазе, в эстрадных оркестрах. Его ставят даже в… церквах, заменяя слишком дорогие обычные органы. Диапазон, как видите, довольно широкий. Впрочем, особенности его таковы, что он все-таки быстро надоедает и начинает производить впечатление чего-то крайне искусственного.

Своеобразие электрических голосов открыло им дорогу в кинофильмы, телевизионные и радиопостановки с фантастическими сюжетами. Композитор Фрадкин сказал как-то одному изобретателю электромузыкальных инструментов: «Вас можно услышать либо в космосе, либо под землей, либо под водой. А на земле?…»

Автор: Г. Анфилов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *