Физика и музыка. Электрические голоса.

орган

Иному простодушному человеку кажется: ну что тут хитрого выдумывать электрические голоса: есть генераторы, есть реостаты, приспособления настройки — так группируй их по-разному, пробуй всевозможные варианты — и дело с концом. В действительности же, как видите, все обстоит куда запутаннее. Ведь, строго говоря, тембр — не только спектральный состав. Есть еще такие важные его элементы, как начало и конец звука. Лишите звучание рояля начального звонкого удара — и вы не узнаете его.

Один немецкий профессор проделал любопытный опыт. Он давал слушать музыкантам «обезглавленные», лишенные начала звучания разных обычных музыкальных инструментов. И опытнейшие музыканты постыдно путались, стараясь отгадать, какой именно инструмент они слышат. Отсюда еще одна задача — красота «атаки» (так называют начало звука).

Музыкальный звук нежелательно включать щелчком — так, как мы включаем квартирный звонок. Это некрасиво. В одних случаях атака должна быть «мягкой» (сравнительно долгой, как у баяна), в других — наоборот, «жесткой» (быстрой — как у рояля). Следующая задача — развитие и окончание звука. Об этом тоже приходиться заботиться (в том же рояле за ударом следует характерное изменение и громкости и спектра звука). И еще: маленький неконтролируемый шумок, который всегда сопровождает звучание обычных инструментов — шелест пальцев по клавишам, почти незаметное шуршание смычка и т. д. Вы думаете это грязь? Нет. Неконтролируемый шумок придает звукам теплоту и жизненность. «Чистота» же электрических голосов воспринимается как нечто абстрактное, холодное. Разумеется, электрический голос можно слегка «загрязнить».

Можно, но не так-то просто. Сколько проблем! И совсем не мелких, как иногда кажется на первый взгляд. Не сразу Москва строилась. Не сразу рождается красота электрических голосов. Это — вполне закономерно. И едва ли стоит, подражая чересчур строгим и ревностным знатокам, предавать остракизму инструменты с теми или иными недостатками.

Вот, к примеру, самый распространенный американский электроорган Хаммонда. В нем и щелчки при включении и выключении звуков, и тембры складываются из тонов темперированного, а не натурального ряда. Но звучание его остро и ярко. Один американский критик заметил в шутку, что орган Хаммонда способен имитировать «даже землетрясение в Сан-Франциско». Сейчас этот инструмент неплохо звучит в джазе, в эстрадных оркестрах. Его ставят даже в… церквах, заменяя слишком дорогие обычные органы. Диапазон, как видите, довольно широкий. Впрочем, особенности его таковы, что он все-таки быстро надоедает и начинает производить впечатление чего-то крайне искусственного.

Своеобразие электрических голосов открыло им дорогу в кинофильмы, телевизионные и радиопостановки с фантастическими сюжетами. Композитор Фрадкин сказал как-то одному изобретателю электромузыкальных инструментов: «Вас можно услышать либо в космосе, либо под землей, либо под водой. А на земле?…»

Автор: Г. Анфилов.

P. S. О чем еще думают британские ученные: о том, что именно благодаря достижениям физики мы имеем множество полезных музыкальных изобретений, например, тот же сабвуфер, позволяющий получать качественные низкочастотные звуки. Но чтобы получить отличный звук нужно знать, как правильно провести тест сабвуфера и определить самое лучшее акустическое устройство.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *